Любовь и смерть королевы Мин.

На рассвете, 8 октября 1895 года в Сеуле совершилось невиданное злодеяние. Группа вооруженных японцев, так называемых «наемных мечей», в сопровождении отряда корейских солдат ворвалась во дворец Кенбоккун, разогнала охрану и убила супругу вана (титул правителя Кореи в древности и в Средние века) Коджона – королеву Мин. Сенсационная новость облетела газеты многих стран мира, вызвав множество вопросов. На многие из них нет ответов до сих пор. Ведь дело об убийстве королевы с первого дня было окутано тайной…

Еще в конце XIV века в Корее, столицей которой стал город Сеул, генералом Ли Сон Ге была основана новая династия, получившая название Чосон. Дабы преодолеть сильное влияние буддизма, получившего широкое распространение во время действовавшего ранее периода Корё, все силы первых правителей Чосона были направлены на внедрение конфуцианства. Таким образом, учение Конфуция начало развиваться и процветать с необычайной скоростью и, соответственно, оказывать огромное влияние на все корейское общество.

В то время все внешнеполитические контакты Кореи ограничивались лишь Китаем, который на протяжении многих веков был формальным «сюзереном» Корейского государства, и Японией, отношения с которой сводились к торговле через остров Цусиму и редкому обмену посольствами. Для всех других государств Корея была закрыта, за что в европейской историографии получила прозвище «страна-отшельница». Всю жизнь так продолжаться не могло, и, рано или поздно, должно было произойти ее открытие внешнему миру. И это действительно случилось. Причем этот период стал одним из самых драматических в истории Кореи.

Сегодня ни один серьезный труд по тому непростому времени не обходится без упоминания королевы Мин. В них ее называют и «украшением последнего периода династии Ли», и «хитрым политиком, водившим за нос Россию, Китай и Японию», и «самой политически влиятельной женщиной из всех представительниц династии Ли», и даже «основоположницей современного типа дипломатии в Корее». С середины 1990-х годов королева Мин вообще превратилась в «Мать Кореи».

Затворничество как основа жизни

В те, далеко ушедшие времена, в конфуцианском мире, где основополагающим до конца 1980-х годов был принцип «мужчина – Небо, женщина – Земля», появление выдающейся женщины (не образцовой невестки, матери и супруги, а политической и общественной деятельницы) воспринималось не иначе как вызов устоям. В период Чосон все корейские знатные дамы, и не только они, вели затворнический образ жизни. В столице государства действовало очень любопытное правило: около восьми часов вечера главный городской колокол отбивал мужчинам сигнал ретироваться по домам, а женщинам – выйти наружу и развлечься. Кромешно темные улицы Сеула тут же заполнялись исключительно женщинами и их служанками, несущими фонари. В двенадцать часов ночи колокол звонил вновь, женщины расходились по домам, а мужчины опять получали свободу передвижения. Таким образом, многие дамы корейского общества того времени, могли дожить до преклонных лет и никогда так и не увидеть улицы Сеула днем.

Чем выше было социальное положение женщины, тем жестче была ее изоляция от общества. Соответственно, королеву Мин никто и никогда не видел. То фото, которое якобы сохранилось, вряд ли является ее подлинным изображением. Известно, что даже лечившие королеву корейские врачи (всегда мужчины) «определяли» ее пульс не по руке, а по шнуру, тянувшемуся из соседней комнаты. Они держали в руках один его конец, в то время как другой был привязан к монаршему запястью пациентки. Язык королевы врачи рассматривали сквозь прорезь в ширме. О ней неизвестно почти ничего. Никто так и не знает, кем была ее мать, каким было ее детство и почему умерли ее родители, когда девочке едва исполнилось 8 лет.

Не родись красивой!

После смерти родителей, родственники, в надежде на удачное замужество, отправили девочку в Сеул. Удивительно, что через семь лет их надежды каким-то образом оправдались: она стала невестой вана Коджона. Важную роль в организации этого брака, а затем и в дальнейшей судьбе королевы сыграл его отец Тэвонгун (великий принц). Когда Коджону исполнилось 14 лет, отец решил, что сыну пришло время жениться. Он стал искать ему невесту благородного происхождения, у которой, среди близких родственников, не было бы мужчин. Тэвонгун отвергал одну кандидатку за другой, пока его жена, сама имеющая фамилию Мин, не предложила для сына невесту из своего клана. Ее описание показалось регенту вполне подходящим: сирота, здорова телом, образована не хуже, чем дочери из любого знатного клана, – что еще было надо? Таким образом, в 20-й день третьего месяца  1866 года в сеульском дворце Чхандоккун состоялось бракосочетание и коронация супруги вана.

Свою жизнь при дворе юная королева начала с упорного изучения тонкостей дворцового этикета. Очень быстро она стала экспертом в этом вопросе и следовала правилам без малейших отклонений. Она была почтительна к родителям мужа, добра к слугам и постепенно заслужила всеобщее одобрение. Все свободное время Мин посвящала необычному для женщин занятию – чтению древних китайских трактатов VIII века. Они считались своего рода пособиями по управлению государством, поэтому их изучение являлось чисто мужским занятием. Но королева читала их регулярно, так как свято верила, что со временем ее советы обязательно пригодятся супругу. В поисках пути к его сердцу юная королева прилагала максимум усилий: тщательно наблюдала за ним, изучала его характер. Она сразу поняла, что Коджон лишь формально является ваном, но никакой реальной власти не имеет, хотя очень мечтает о ней. Он боялся отца, который был суров к сыну, и уступать ему трон явно не собирался. Молодого вана окружали чиновники, выполнявшие только то, что им приказывали. У него не было ни друзей, ни умных советников, в которых он так нуждался, и королева была полна решимости рано или поздно стать для мужа доверенным лицом и другом.

Награда за терпение

Более пяти лет она, если буквально перевести корейское выражение, «сторожила пустую комнату». Это означало, что Коджон, не проявлял к ней никакого интереса как к женщине. Но и это испытание молодая королева переносила с неизменным спокойствием и достоинством. Во внешней красоте она сильно уступала тем красавицам, которые всегда в большом количестве окружали вана во дворце. Чтобы победить соперниц, королеве приходилось искать другие, отличные от внешней привлекательности пути к сердцу мужа. К тому же, согласно конфуцианским представлениям, женская ревность в то время считалась великим грехом и была одним из «семи зол», делавших развод официально возможным. Помня это, королева Мин тщательно скрывала свои чувства. Скрыла она их и тогда, когда одна из дворцовых женщин – фаворитка неблагородного происхождения родила вану его первого сына, который тут же получил почетный титул Ванхвагун. Никто не знает, что творилось в душе королевы Мин на тот момент, когда она получила столь тяжкую для нее весть, но именно это событие в конечном итоге стало поворотным и счастливым в ее судьбе.

Первое, что сделала королева, это незамедлительно отправила матери Ванхвагуна очень дорогой подарок, показав тем самым, что радость вана – радость и для его супруги. Затем, во время очередной официальной церемонии она при всех, с достоинством, торжественно поздравила Коджона с рождением сына. Безусловно, тот был сильно удивлен этим и польщен одновременно. Существует мнение, что как раз с этого момента во взаимоотношениях молодой ванской четы и начался этап сближения. Когда королеве Мин исполнилось двадцать лет, и шел шестой год ее жизни во дворце, свершилось то, о чем она так долго мечтала, и о чем, приглашая шаманок, неустанно молилась Горному Духу. Она забеременела. К сожалению, родившийся сын прожил всего один день. Отчаянию матери не было предела. Через два года она вновь родила ребенка – дочь, но и та тоже сразу умерла. Восьмого февраля 1874 года королева родила второго сына – принца Чхока, который, хотя был весьма нездоров, дожил до взрослого возраста. Он стал последним, известным под посмертным именем Сунджон, императором Корейской империи – государства, сменившего Чосон в 1897 году. С рождением наследника авторитет его матери стал непререкаем. Она начала влиять не только на двор, но и на управление государством, и на внешнюю политику.

Карьерный рост

Ее первым политическим успехом стала победа над могущественным Тэвонгуном, которому в 1874 году пришлось-таки уступить власть Коджону. Чтобы добиться этого, королева создала свою партию: сплотила клан Мин, назначив три десятка его представителей на важные посты; подарками и обещаниями привлекла на свою сторону старшего брата и старшего сына Тэвонгуна, обществом которых тот пренебрегал, заручилась поддержкой влиятельных конфуцианских ученых. Опираясь на этих людей, Коджон издал указ, в котором объявил, что берет власть в свои руки. На следующий день вход во дворец, которым обычно пользовался Тэвонгун, был заложен кирпичом. Документов о том, кто отдал такой приказ, не сохранилось, но можно было с уверенностью предположить, с чьего ведома это произошло. Тэвонгуну ничего не оставалось, как ретироваться в свою усадьбу, где он оказался в полной изоляции. Рядом с ним остался только один сын – Ли Джэсон, рожденный от наложницы, за которым неустанно следил и доносил обо всех его действиях во дворец старший сын Тэвонгуна Ли Джэмён, преданно служивший королеве.

Через несколько дней после отставки Тэвонгуна в спальном павильоне королевы во дворце Кенбоккун произошел взрыв, вызвавший большой пожар. По подозрению был арестован слуга Тэвонгуна, но дело дальше не пошло. Королева была уверена, что инициатором инцидента был ее свекор, но, поскольку в конфуцианском обществе отец мужа не может быть предан суду, оставила дело без последствий. А покушения на жизнь королевы, ее родственников и приближенных, с того дня стали происходить регулярно. Поскольку молодая правительница была хитрой и проницательной, каждый раз, каким-то удивительным образом ей удавалось избегать гибели. Будучи матерью наследника и главой консервативной партии, она постепенно приобрела неограниченное влияние на государственные дела. Она правила «из-за занавески», не афишируя свой авторитет, но все знали, что хоть приказы и отдает ван, формулирует их королева.

Возникшее с начала 1880-х годов японо-китайское противостояние в Корее привело к кровопролитной японо-китайской войне, которая закончилась победой Японии. Возникла угроза превращения Кореи в японскую колонию. В самом начале войны японцы совершили в Сеуле правительственный переворот: создали из своих ставленников кабинет министров, окружили вана своими «советниками» и начали от его имени осуществлять реформы. Но ситуация изменилась, когда в апреле 1895 года Россия, Франция и Германия вмешались в ход переговоров об условиях мира между Китаем и Японией и вынудили последнюю отказаться от своего главного трофея – Ляодунского полуострова. Это событие произвело огромное впечатление на Корею, где увидели, что в мире есть сила, способная противостоять казавшейся столь могущественной Японии. Главным инициатором и проводником этого курса стала королева Мин. Этого японцы простить ей не смогли…

Последние минуты

В то роковое утро во дворе спального павильона королевы случайно оказался русский подданный, дворянин Афанасий Иванович Середин-Сабатин. В августе 1895 года Коджон нанял его и двух американцев для посменного круглосуточного пребывания во дворце и наблюдения за японцами. Те, с самого начала японо-китайской войны 1894 – 1895 гг. вели себя там, как в своей вотчине, а после победы Японии над Китаем, опьяненные победой, и вовсе перестали считаться с корейским ваном. Окруженный доносчиками и иноземными «менторами», Коджон стал заложником в собственном дворце и каждый день ожидал покушения. Он был робок и слабоволен, его армия плохо вооружена и необучена, и ему не оставалось ничего другого, как принимать диктуемые ему условия. Так продолжалось более полугода. Наем «людей с Запада» в качестве «благородных свидетелей», которым он доверял, стал одним из первых проявлений протеста Коджона против японского всевластия. Середин увидел тогда многое: и как вооруженная толпа в 300 человек ворвалась во дворец, и как японцами было выброшено за окна, во двор 10 – 12 женщин. Как ни одна из них при этом не издала ни единого звука, не совершила ни одного лишнего движения: ни в момент, когда их за волосы тащили к окнам, ни во время падения. Но о том, каковы были последние минуты королевы, не знает никто.

По одной из версий, когда японцы ворвались в ее спальню, они увидели нескольких, почти одинаково одетых женщин. Как именно выглядит королева, им, естественно, было неизвестно, поэтому для верности они убили четырех придворных дам примерно одинакового с ней возраста. «Кто из вас королева? Покажите нам королеву!» – угрожали убийцы, потрясая оружием. Напряжение было столь велико, что нервы королевы не выдержали. Она выбежала в коридор. Один из японцев догнал ее, толкнул на пол и несколько раз вонзил ей в грудь меч. Затем тело завернули в ковер и сожгли в сосновой роще в задней части дворца.

Другая версия гибели королевы не менее драматична. Когда убийцы ворвались в спальню, королеву невольно выдал министр двора Ли Генсик: он закрыл ее своим телом, широко раскинув руки и умоляя о пощаде. Тогда заговорщики отрубили ему руки, а затем убили королеву. Преданный министр прополз несколько десятков метров до спальни короля и умер на ее ступенях, оставив за собой широкий кровавый след.

Гибель королевы вызвала волну возмущения в народе. С октября 1895 по апрель 1896 года в разных частях Кореи было убито несколько десятков японских подданных. Сразу после убийства королевы состоялась встреча Тэвонгуна, отставного генерала Миуры, подозреваемого в заговоре, и Коджона. Был создан прояпонский кабинет. Охраной дворца стали ведать японские офицеры. Вана вынудили подписать заранее подготовленные документы. Но когда на подпись Коджону был представлен и указ, который посмертно лишал королеву Мин титула и низводил ее до низшего сословия, он вдруг проявил неожиданную твердость. Вытянув руки, Коджон с негодованием сказал: «Отрубите их и, если они смогут, пусть подпишут, что вы от меня требуете, но до тех пор моя рука никогда не сделает ничего подобного!». Он, без сомнения, был все-таки глубоко привязан к своей энергичной супруге, всю жизнь любившей его своей особой материнской любовью…

=================

Помочь проекту:

Bitcoin: 1MoyekZiX8NoqUJyxCXmTDkHSWXQmbrb1F

Добавить комментарий